Убить дракона 3

Из пещеры к рыцарю вышел, позевывая, невысокий плотный мужчина в старых доспехах.
— Чего надо? — довольно нелюбезно спросил он.
— А где дракон?
— Я его помощник. И доверенное лицо. — Он вытянул шею, заглядывая рыцарю за спину. — А где выкуп?
— Какой выкуп?..
— Ежегодный. Деньги, драгоценности, ну и девушка, разумеется. Погоди, — спохватился он, — ты что, не из города приехал?
— Нет.
— Так я и думал, — вздохнул помощник. — Ну, тогда будь здоров, до свиданья.
Он развернулся с явным намерением уйти обратно в пещеру.
— Эй, постой! — окликнул его рыцарь.
— Ну чего тебе еще?
— Я пришел убить дракона.
— Не советую, — покачал головой помощник. — Во-первых, господин дракон велик и могуч, тебе с ним не справиться. Уж можешь мне поверить. А во-вторых…
Помощник вытянул из ножен длинный меч и встал в боевую позицию.
— Я никак не могу тебе позволить пройти дальше. Сожалею, но тебе придется вернуться.
— Я всё равно убью дракона! — заявил рыцарь, обнажая собственный меч.
— Только через мой труп.
Уже с первых ударов рыцарь понял, что перед ним очень сильный противник. Но тому явно не хватало практики, скоро он начал уставать и хватать воздух ртом, хотя сдаваться явно не собирался. И наконец, неловко оступившись, помощник дракона качнулся вперед и сам напоролся на меч.
— Ох, — выдохнул он, оседая на землю. — Больно, черт…
— Извини, — сказал рыцарь. — Я не хотел… Но ты же сам меня не пропускал к дракону!
— Дурак, — скривился помощник. — Я уже убил… шесть лет назад… ты не понимаешь… ты еще не видел…
Он поперхнулся кровью, закашлялся и умер.
Рыцарь вошел в пещеру, но вскоре вернулся и деловито обыскал труп. На поясе помощника нашлись ключи от запертых ворот, и рыцарь смог пройти дальше.
В пещере драконом и не пахло. За первой дверью обнаружилась сокровищница, и рыцарь присвистнул от открывшегося зрелища. Вторая дверь вела в кладовку, где хранились подношения от жителей города. Свежее мясо, овощи, фрукты и знаменитые местные вина. Рыцарь наскоро перекусил и продолжил экскурсию. Третья дверь скрывала за собой просторное светлое помещение, и когда рыцарь шагнул за порог, в его сторону обернулись пять очаровательных головок: две рыжих, две каштановых и одна белокурая. Девушки были почти не одеты, а вся обстановка комнаты… Рыцарь шагнул назад, захлопнул дверь и привалился к ней спиной.
— Так, — сказал он. — Так.
От входа в пещеру послышался звук рога, и рыцарь вышел наружу. Там нерешительно топтались старейшины города, рядом с ними стоял понурый ослик, нагруженный тяжелыми сумками с выкупом. Связанная девушка подняла на рыцаря глаза, и он нервно сглотнул.
— Мы привезли требуемое, — сказал один из старейшин. — А где господин дракон? И кто Вы такой… Вы убили его?
— Нет, — ответил рыцарь, подвешивая на пояс связку ключей. — Сожалею, но нет. Я его новый помощник.

П. Бормор

Колобок

Жили-были дед да баба, и была у них курочка Ряба. Курочка была, а пожрать не было. Так бывает. Дед бабе и говорит: слепи, мол, баба, колобок. Ну, баба пошла, по амбарам помела, по сусекам поскребла.. Стала лепить из пыли и мышиного говна колобок. Лепит, значит, лепит.. А колобок всё больше и больше становится, предметы в себя затягивает, у бабки руки за горизонтом событий в струны искривляются.. Засосало бабку в сингулярность. Дед пришёл: бабки нет, еды нет, пространство-время какое-то пожёванное.. Расстроился и пошёл к соседу бухать.

Малыш, Карлсон и аэродинамика

— Потрясающе! — удивился Малыш. — Но позвольте! Вы ведь летели с положительным тангажем.
— Чего? — Карлсон открыл рот от неожиданности и чуть не подавился.
— Ну... Вы летели головой вверх, слегка наклонившись вперед. При этом пропеллер должен был тянуть вас вверх и назад. Почему же вы летели вперед, а не назад?"
"А можно посмотреть на твой пропеллер?
— Конечно. — Карлсон развернулся.
— С ума сойти! Я так и думал, — сказал Малыш, осмотрев пропеллер.
— Что, хороший пропеллер? — польщенно спросил Карлсон.
— Так я и думал, что это не пропеллер, — сказал Малыш. — Пропеллер не мог бы так работать, потому что твоя спина экранировала бы основной поток воздуха, и вся энергия растрачивалась бы на создание турбулентности.
— Эй, ты чего? — Карлсон надулся. — Это лучший в мире пропеллер!
— Не сердись! Конечно, это замечательный пропеллер! — поспешно сказал Малыш. — Только это не совсем пропеллер. У него очень интересная система перекоса лопастей. Вектор тяги лежит в плоскости вращения, а точка приложения силы смещена влево. Таким образом,
подъемная сила направлена от ног к голове, вдоль спины, а не перпендикулярно, как я вначале подумал. А точка приложения силы смещена влево — потому что она действует на те лопасти,
которые в данный момент двигаются вниз...
— Ты чего ругаешься? — обиделся Карлсон. — Тоже мне, специалист нашелся.
— Ну конечно! — Малыш хлопнул себя по лбу. — Я–то пытался мысленно построить механику твоего полета через укороченное действие, используя лагранжеву механику.
Но, похоже, гамильтонов подход здесь будет гораздо нагляднее. Главное, суметь записать гамильтониан, а дальше...
— Ты, кажется, собирался рассказывать мне сказку! — снова надулся Карлсон.
— Ну вот, ты опять обиделся! — огорченно сказал Малыш. — Просто мне кажется, что такой пропеллер, как у тебя, неизбежно вызовет дополнительный вращающий момент.
У тебя же нет хвостового винта, как у вертолета. И тебя будет уводить в сторону по курсу. Я никак не могу понять, как ты компенсируешь этот момент. Он должен разворачивать тебя, и в какой–то момент ты неизбежно свалишься в штопор.
— Постой! Я понял! Я все понял! — воскликнул Малыш, бросаясь к окну. Карлсон заложил крутой вираж и повернул обратно.
— Ну что ты понял? — спросил Карлсон, бухнувшись на диван. — Что гостей надо развлекать, а не нести всякую чепуху?
— Я понял, как ты компенсируешь это вращение! — крикнул Малыш. — Ты в полете все время махаешь рукой. На эту выставленную в сторону руку давит поток воздуха и борется с вращением.
Чтобы лететь, ты должен все время махать рукой.
Карлсон здорово разозлился.
— Опять ты за свое! — мрачно сказал он. — Ничего я никому не должен! Я махаю всем рукой и кричу «Э–ге–гей!», потому что я веселый и приветливый мужчина в самом расцвете сил.
Но таким занудам, как ты, я даже махать рукой теперь не буду.
— Если моя теория верна... — начал было Малыш, но Карлсон уже вылетел в окно.
Малыш увидел, как Карлсон, набирая скорость, рефлекторно дернул правой рукой, но сдержался. Тут его повело в сторону. Он попытался выправиться и снова чуть не махнул правой рукой, но немедленно схватил ее левой и прижал к туловищу. Карлсона повело сильнее, и внезапно развернуло боком к направлению полета. Он сдался и отчаянно замахал рукой, но было поздно.
Поток воздуха перевернул его, и, беспорядочно кувыркаясь, Карлсон полетел вниз.
— Су–у–к–а–а–а–а–а! — донесся до Малыша последний крик Карлсона, и Малыш увидел, как Карлсон на полной скорости врезался в бетонный столб, прокатился по земле и неподвижно замер, раскинув руки и ноги. Вокруг его головы расплывалось большое кровавое пятно.
Малыш вздохнул и вернулся к книжке. Но ему опять не дали спокойно почитать.
— Малыш! — раздался голос папы. Малыш обернулся.
— Малыш, это ты брал гидродинамику Ландау и Лифшица? — мягко спросил папа, входя в комнату. — Она стояла на полке и закрывала собой пятно на обоях, а теперь ее нету.
— Это я, я положил ее на тумбочку, — прошептал Малыш. — Мне было не дотянуться, чтобы поставить ее обратно на полку.
— Малыш, Малыш. — Папа ласково потрепал Малыша по голове. — Ну зачем ты берешь такие книжки? Все равно ты до них еще не дорос! И картинок в ней почти нету.
— Все равно я ничего не понял, — соврал Малыш.
— Конечно, не понял. Ведь для этого надо много учиться, вначале в школе, потом в институте — а ты пока еще только в первом классе. Лучше посмотри, кто к тебе пришел, — сказал папа, пропуская в дверь Кристера и Гуниллу, друзей Малыша.
— Кристер! Гунилла! — радостно крикнул Малыш. — Ужасно рад вас видеть!
Папа с нежностью посмотрел на Малыша и тихонько вышел.
— Малыш! — сказал Кристер, протягивая Малышу какой–то сверток. — Мы поздравляем тебя с днем рождения и хотим подарить тебе эту камеру Вильсона.
— Камеру Вильсона? — Глаза Малыша засияли. — Вот здорово! Давно о ней мечтал! А какой у нее коэффициент перенасыщения пара?
Малыш искренне обрадовался, но все равно Кристер уловил печальные нотки в его голосе.
— Что случилось, Малыш? — спросил он. — Ты чем–то расстроен?
Малыш тяжело вздохнул и с тоской закрыл книжку, заложив ее закладкой.
— Собаку мне не подарили.